здесь вам не тут (здесь вам не тут) wrote,
здесь вам не тут
здесь вам не тут

Category:

СЕКРЕТЫ вакцинации - 30 уловок для обмана общества ч.3.


СЕКРЕТЫ вакцинации - 30 уловок для обмана общества ч.1.
СЕКРЕТЫ вакцинации - 30 уловок для обмана общества? ч.2.

Вот мы и подошли к последней, третьей части материала о вакцинах и вакцинации, изучить который необходимо каждому, считающему себя мыслящим человеком и не желающему быть игрушкой в руках манипуляторов, зарабатывающих на вакцинах огромные деньги. Быть неисчерпаемым источником прибыли тех субъектов, для которых здоровье человечества, а точнее, болезни его, всего лишь выгодный сверхдоходный бизнес - позиция добровольная, но иметь при этом некоторое представление о том, как вас заставляют им становиться, все же не помешает. Возможно, вы вполне осознанно согласитесь с той ролью, что вынуждены были играть ранее, не задумываясь над проблемой вакцинации, а может быть и нет, принятие решения - на ваше усмотрение...

Хитрости вакцинации. 30 грязных уловок, используемых для обмана общества
[Spoiler (click to open)]

21. Неэтичное экспериментирование
В декабре 1990 года было принято федеральное постановление, в котором Управление контроля пищевых продуктов и лекарств давало разрешение Департаменту обороны «объехать» американские и международные законы, запрещающие медицинские эксперименты на субъектах, не желающих этого. Это тот декрет, который позволил Департаменту оборону вводить военнослужащим, участвующим в войне в Персидском заливе, неутвержденные экспериментальные лекарства и вакцины без их информированного согласия, считая получение согласия солдат «неосуществимым» [254]. Сегодня многие из этих ветеранов, их жен и детей искалечены неизвестными болезнями [255].

В судебном процессе по групповому иску американские индейцы из Южной Дакоты судятся с Управлением контроля пищевых продуктов и лекарства и Центром контроля заболеваний за тестирование новой вакцины от гепатита A на их младенцах. Чиновники здравоохранения не предупреждают родителей, что подвергаемые этой прививке дети будут иметь риск опухолей, судорог, расстройств зрения или смерти [256]. Сейчас власти планируют протестировать вакцину от гепетита A на жителях деревень удаленных районов Северо-Западной Аляски [257].

Одновременное введение вакцин не было проверено на безопасность, хотя власти продолжают его рекомендовать, а медики продолжают их вводить. Недавнее исследование в «Журнале Американской медицинской ассоциации» обнаружило пониженный уровень коклюшных антител у детей, которым одновременно вводили вакцины DPT и от гемофильной инфекции. По словам автора работы, «за это нужно взяться, так как мы, очевидно, не должны подвергать наших детей риску без обеспечения им оптимальной выгоды» [258].

Считается, что каждый год осенью и зимой в обществе циркулирует новый вирус гриппа. Чтобы создать вакцину против этого вируса, представители здравоохранения должны правильно предсказать примерно на год вперед, какой вирус придет (давая некоторым людям выдвинуть предположение, что когда чиновники предсказывают правильно, то именно сама вакцина может распространять болезнь). Если производство обычно начинается в январе, и конечный продукт лицензируется Управлением контроля пищевых продуктров и лекарства в августе, то до начала прививок остаются всего один или два месяца, и на ком же тестируются вакцины [259]?

Исследователи вакцин осуществляют неэтичные эксперименты на человеческих популяциях каждый раз, когда их творения готовы к тестированию. Таким образом, неудивительно узнать об их планах добавлять инородные субстанции — «вирусные материалы» — в пищепродукты. Фактически, биотехнологические фирмы уже экспериментируют с добавлением вакцин в бананы, салат, картофель, помидоры и соевые бобы в течение нескольких лет [260, 261]. Как вы думаете, на ком эти вакцины будут тестироваться?

22. Обязательность
Если вакцины так прекрасны, то почему правительство вынуждено делать их обязательными? Казалось бы, все должны выстроиться в очередь для получения прививок. Но уровни вакцинации скромны. Администрация Клинтона заявила, что цена и доступность вакцин удерживают родителей от соблюдения планов прививок [262]. Однако, по данным исследования, проведенного службой Гэллопа для «Ледерле Лэборэториз», крупного производителя вакцин, «цена и потраченное время — наименее важные» соображения для родителей, решающих, прививать ли детей. «Возможность побочных эффектов наиболее часто называют важной для принятия решения» [263].

Законы штатов требуют, чтобы дети были привиты до того, как они поступят в общественные школы, если родители не подпишут отказ, показывающий возражение против прививок. В то время как некоторые штаты допускают философский или религиозный отвод, все они предусматривают медицинский отвод, если есть противопоказания. Но родители не должны подписывать бумагу, возражая против обязательных прививок. Вместо этого те, кто решил делать детям прививки, должны быть обязаны прочитать полный перечень возможных негативных реакций. Тогда от родителей, которые, тем не менее, делают выбор в пользу вакцинации своих детей, должно требоваться подписание формы, показывающий, что они понимают весь связанный с этим риск.

Обязательные прививки являются также бессовестным средством извлечения денег из доверчивых родителей. Представьте себе огромные доходы любой компании, которая выпускает продукцию, которую каждый обязан законом покупать, даже против своей воли. Более того, огромное богатство, приобретенное путем этого медицинского рэкета, припрятывается не только одними производителями лекарств: добыча делится с обычными врачами. По словам покойного д-ра Роберта Мендельсона, всемирно известного педиатра, вакцины — это «хлеб и масло» педиатрической практики [264]. Другие предполагают, что из-за вреда, наносимого прививками, могут возникать новые проблемы со здоровьем и редкие болезни [265-267] в количестве, достаточном для того, чтобы медицинские специалисты были заняты и богаты в грядущие годы.

Представьте себе ненадолго группу специалистов по питанию, которые разрабатывают поливитамин. Они ставят свои своих собственных людей на должности, где занимаются оценкой выгод и рисков от продукта. Он «официально» объявляется безопасным и эффективным. Действительно, сообщается, что дети, которые принимают этот новый поливитамин, оказываются на 50% здоровее остальных. Но имеется ловушка: дорогостоящие витамины должны приниматься с постоянным интервалом, и принимать их должен каждый, иначе они не сработают. Они не будут улучшать здоровье, говорят нам, поскольку предрасположенные к болезням «незащищенные» дети — потомки безответственных родителей — будут передавать своих микробов «защищенным» детям, детям из «ответственных» семей. Так специалисты по питанию пытаются воздействовать на правительственных чиновников, чтобы сделать их продукт обязательным. Занятые законодатели изучают «официальные» результаты исследования, определяют, что «защита» детей — высший приоритет, и решают поддержать цели и амбиции этой мощной лоббирующей силы.

Представьте любую коалицию профессионалов, имеющих программу действий. Скажем, союз гипнотизеров установил, что детей можно гипнотизировать, чтобы они учились в школе лучше тех, кого не гипнотизируют. Но опять имеется ловушка: детей надо через определенные интервалы брать у родителей, чтобы гипнотизировать, и гипнотизировать надо всех детей, или эффект будет неполным. Вы согласитесь с этой практикой? Контроль ума, контроль тела; кто имеет власть над нашими детьми?

23. Отказ сообщать о реакциях на вакцины
Вопреки федеральному закону, прошедшему через конгресс в 1986 году — Национальному акту о вреде, нанесенном детскими прививками, — требующему от всех врачей, проводящих прививки, докладывать о реакциях на вакцины должностным лицам федерального здравоохранения, многие предпочитают игнорировать это законное требование. Врачи часто оправдывают свои отказы сообщать о реакциях на вакцины, заявляя, что прививка не имеет никакого отношения к заболеванию или смерти ребенка. Воля конгресса нарушается, а сведения о заболеваниях и смертях, вызванных вакцинами, сильно занижаются [268].

Система сообщений о неблагоприятных (побочных) эффектах прививок (VAERS) является федеральной программой, предназначенной для подсчета сообщений об увечьях и смертях от прививок. К 2002 году было сообщено о десятках тысяч реакций на вакцины, включая смертельные, несмотря на медицинский бойкот сообщений о таких случаях [269]. Более того, эти цифры можно удесятерить, так как, по оценке Управления контроля пищевых продуктов и лекарств, 90% врачей не сообщает об происшествиях [270].

Для дальнейшего подтверждения степени происходящего занижения данных, в 1988 и 1989 гг. «Конно Лэборэториз» провела исследование для определения истинного уровня негативных реакций, связанных с выпускаемыми ею вакцинами. За этот период времени добровольно предоставленные («стихийные») сообщения о негативных событиях поступали в количестве 20 на миллион доз. Однако, когда они снабжали врачей вакцинами с просьбой сообщать о любом негативном явлении, происходящем в течение 30 дней после вакцинации, при условии, что оно потребовало вызова врача, то число таких событий подпрыгнуло до 927 на миллион доз. По мнению д-ра Джима Фрошле, директора клинических исследований «Конно Лэборэториз», эта разница показывает «пятидесятикратное занижение данных о негативных реакциях» [271]. Однако даже эта цифра может быть заниженной. По словам д-ра мед. Дэвида Кесслера, директора Управления контроля пищевых продуктов и лекарств, «в Управление сообщается лишь об одном проценте событий [негативных реакций на препараты]» [272].

Следующие показания родителей и родственников детей, пострадавших от прививок, иллюстрируют, как легко врачи могут отбрасывать очевидные реакции на вакцины и таким образом оправдывать отказы от докладов о них.

Наш сын получил вторую прививку DPT и оральную полиовакцину в возрасте четырех месяцев 22 сентября 1989 года. Он ранее реагировал на первую иммунизацию DPT двумя месяцами раньше продолжительным пронзительным криком и сильной рвотой… После второй прививки он снова немедленно начал пронзительно кричать. Он не мог больше держать головку и не мог принимать пищу. Он не мог ни спать, ни бодрствовать, у него были припадки забытья, от десятков до сотен в день. С каждым днем ему становилось все хуже и хуже, и он умер 14 апреля 1990 г.

Врач не сообщил об этой реакции. Он не считал, что она была связана с прививкой.

Наш 16-месячный внук получил четвертую прививку DPT 5 декабря 1989 г. и умер через 24 дня. Он также получал прививки MMR и оральную полиовакцину в то же время. В течение 24 часов его ноги были красными и распухшими, у него была температура 39,4° C, и он был очень нервный и раздражительный… Его предыдущие прививки приводили к подобным реакциям… Мы знаем, что прививка привела к его смерти.

Врач не сообщил об этой реакции. Он не считал, что она была связана с прививкой.

Мы потеряли нашего красивого, драгоценного и обожаемого 4-месячного сына через 26 часов после вакцинации DPT и оральной полиовакцины во время профилактического осмотра 25 января 1990 г. Мы знали, что поведение нашего сына изменилось после прививки… У него были широко раскрытые глаза, он смотрел остолбенело, только ненадолго засыпал, его вырвало содержимым его бутылки… Врач настаивал, что это была смерть от СВДС.

Врач не сообщил об этой реакции. Он не считал, что она была связана с прививкой.

Наш сын получил первую прививку DPT и оральную полиовакцину в возрасте 14 месяцев 22 февраля 1990 года. В тот вечер он начал пронзительно кричать. В следующие два дня у него была температура 38,3° C, и он проспал 15 часов. Когда он проснулся, он был чрезвычайно легковозбудим… Он очень страдал от боли. Временами он смотрел так, как будто его ударили. В другое время он сворачивался в тугой комок, который мы не могли распрямить. У него были припадки, а мы об этом не знали… У него продолжаются припадки. Врач, хотя закон обязывает его записывать производителя и номер партии, не записал номер.

Врач не сообщил об этой реакции. Он не считал, что она была связана с прививкой.

Мой сын получил первую прививку DPT во время осмотра в 2 месяца 8 мая 1990 года… Четыре часа спустя он начал кричать… Я заметила, что он был бледный и как статуя… Он перестал дышать. Я вытащила его, встряхнула, и он снова задышал. У нас был друг, и он набрал 911. Мой сын переставал дышать еще 8 или 10 раз, и я каждый раз встряхивала его, пока не приехали парамедики. Он был белым, как пепел… кричал, когда мы попали в больницу… У меня есть еще один ребенок, который имел сильные реакции от прививок. У него были припадки после каждой из первых трех прививок DPT, и его лечили в течение трех лет.

Врач не сообщил об этой реакции. Он не считал, что она была связана с прививкой.

Мой 16-месячный внук получил 2-ю прививку DPT, MMR и полиовакцину на профилактическом осмотре 16 августа 1990 года. Менее чем через 48 часов у него была температура 40,6° С, и начались судороги… Моему внуку с каждым днем становилось все хуже. Он ходит на прямых ногах, или его колени гнутся… У него проблемы с кишечником, запоры, за которыми следует понос, текущий по ногам через каждую минуту. Мы смотрим на наши старые видео и понимаем, как сильно он изменился.

Врач не сообщил об этой реакции и не дал родителям информацию о производителе и номере партии использованной вакцины.

Мой внук получил первую прививку DPT и оральную полиовакцину на профилактическом осмотре в 2 месяца. Через 21 час он был мертв. После прививки он начал кричать [пронзительный крик]… Моего внука начало сильно рвать, и он продолжал пронзительно кричать… В 7 часов утра моя дочь разбудила внука и обнаружила у него пурпурный цвет на одной стороне лица, сжатые кулаки, кровотечение из носа и рта и отсутствие дыхания. Мой внук был мертв. Я пообещала дочери, что его смерть будет не напрасной и не станет просто очередной статистической единицей, называемой СВДС.

Врач не сообщил об этой реакции. Он не считал, что она была связана с прививкой [273].

24. Сокрытие информации / запрещение обнародования противоречивых свидетельств
1 апреля 1993 г. в конгресс были внесены несколько законопроектов, предлагающих систему федерального «отслеживания и надзора», которая следила бы за родителями, которые предпочитают не прививать своих детей. Несколькими неделями позже член палаты представителей Генри Ваксман и сенатор Тед Кеннеди возглавляли «публичные» слушания по этой законодательной инициативе, но запретили вносить информацию от отдельных родителей, родительских организаций и профессионалов здравоохранения, обеспокоенных безопасностью вакцин. Вместо этого было разрешено присутствовать лишь заинтересованным в ратификации этих законопроектов кругам: спонсорам Белого дома, нескольким президентам компаний с многомиллиардным оборотом, производящих вакцины, агентам Американской академии педиатрии и чиновникам здравоохранения [274].

Было установлено, что в «инактивированной» или «убитой» вакцине Солка допускается содержание 5000 живых вирусов на миллион доз. Однако, поскольку вакцина рекламировалась как не способная вызвать полиомиелит, его случаи, происходившие после применения вакцины, отвергались, и их исключали из статистики осложнений [275]. Центр контроля заболеваний также отказывается признать случаи энцефалита и припадочных расстройств, следовавших за приемом оральной полиовакцины, хотя было известно, что энцефалит случается после полиомиелита, которым заболевают в естественных условиях [276].

Вот еще примеры уловки сокрытия информации.

Недавний доклад, опубликованный в «Ланцете», отмечает, что некоторые люди заболевали менингитом после получения вакцины MMR. Тем не менее автор заключает, что «по причине крайней редкости этого осложнения, родителям не следует говорить о риске перед решением о вакцинации» [277].

Даже хотя Национальный комитет по оценке лекарств (ADRAC) рекомендовал, чтобы дети находились под наблюдением в течение достаточного периода времени после вакцинации для отслеживания реакций, власти боролись против предлагаемого периода наблюдения на почве того, что это создает неудобства для родителей и увеличивает беспокойство по поводу безопасности детских прививок [278].

Когда Национальный акт о компенсациях увечий от прививок в 1986 году стал законом, конгресс поручил Департаменту здравоохранения и гуманитарных служб (HHS) «разработать и распространить информационные материалы о вакцинах для раздачи работниками здравоохранения». Этот материал должен был включать информацию об осложнениях, противопоказаниях и о доступности программы федеральной компенсации для людей, пострадавших или умерших от обязательной прививки. Департамент должен был удовлетворить юридическое требование к 22 декабря 1988 года. К 4 марта 1991 года этот вопрос так и не был урегулирован. Когда Департамент в конце концов представил затребованную информацию, «она не удовлетворяла даже минимальным стандартам научной точности, беспристрастия и честности». Опасности прививок были систематически занижаемы или просто проигнорированы [279].

Хотя медицинский персонал обязан по закону снабжать своих клиентов информационными буклетами, объясняющими до получения прививок пользу и риск вакцинации, лишь немногие врачи предлагают эти буклеты клиентам. Следующий рассказ иллюстрирует, какого рода ущерб может быть нанесен, когда работники здравоохранения предпочитают скрывать жизненно важную информацию.

Я 29-летняя женщина, получившая прививку MMR, требуемую [медицинским центром, где я работаю]. После получения этой прививки я испытывала несколько побочных эффектов: головокружение, головные боли, онемение ступней и лодыжек, одышку, боль в груди и боль в суставах.

Я посещала нескольких врачей за последние шесть месяцев столько раз, что сбилась со счета. Те врачи, которые признавали, что эти симптомы могут быть связаны с прививкой, считали, что за шесть месяцев симптомы должны утихнуть. К сожалению, этого не случилось. На самом деле некоторые симптомы усилились. Мои лодыжки немеют почти постоянно, боль в груди начала перерастать в боль в левой руке и челюсти, сопровождаемую затрудненным дыханием.Это повлияло на все стороны моей жизни, включая возможность работать, которая была причиной того, что мне пришлось первым делом сделать прививку. Мне сказали, что либо я ее сделаю, либо я не получу работы. К несчастью, к этому времени я уже бросила работу, которой занималась более пяти лет.Мне не предоставили информацию до получения прививки. [Позднее я узнала] что люди, страдающие аллергией на яйца, не должны получать эту прививку. У меня есть аллергия на яйца, но персонал больницы ничего не спрашивал и не говорил мне. Мой лечащий врач не знает, что со мной делать. Но я продолжаю страдать [280].

25. Психологическая проекция
Общеизвестно, что медицинские работники усматривают в других те самые мысли и действия, которые они отрицают у себя. Эта тонкая и неосознанная защита от беспокойства и вины и есть то, что психологи называют проекцией. Исследователи вакцин, например, разочарованы тем, что женщины и меньшинства неохотно подвергают себя экспериментам с новой вакциной от СПИДа, даже в свете недавних разоблачений об испытаниях радиацией на не подозревающих этого субъектах во время холодной войны. Не желающие прививаться добровольцы, а не исследователи, были обвинены в том, что они питают «ложную веру», что вакцина может вызвать СПИД, вопреки тому, что говорят ученые [281].

Примечание: менее чем пятью месяцами позже исследователям пришлось признать, что «по меньшей мере пять добровольцев в главном правительственном исследовании вакцины от СПИДа оказались инфицированными вирусом СПИДа после получения вакцины». Говорилось, что один из субъектов испытывает «необычно быстрое падение количества белых кровяных телец, стандартной меры прогрессирования СПИДа». Это вызвало беспокойство исследователей «не только о том, насколько хорошо работает вакцина, но и о том, может ли она повышать вероятность инфекции и… даже ускорять прогрессирование болезни» [282].

Разработчики медицинской политики и некоторые законодатели заявляют, что родители, не допускающие вакцинации детей, дурно обращаются с ними [283, 284]. Некоторые родители были обвинены в дурном обращении с детьми — «синдром ребенка, которого трясли» — после того, как у детей были припадки или они впадали в кому после вакцинации [285]. На самом деле именно власти, которые позволяют использовать эти опасные вакцины, дурно обращаются с детьми и сваливают вину на родителей. Так родители теряют опеку над своими любимыми чадами [286].

26. Организованная пропаганда
Часто медицинские ассоциации используют общественные организации и родительские группы для помощи в организации кампаний против непривитых детей. «Добровольцы» редко ставят под вопрос похожие на культ доктрины, которые навязывают им адвокаты вакцинации. Но помогают ли в действительности обществу эти организации и их помощники? Насколько честны прививочные кампании, в которых забывают упомянуть о тысячах семей, страдающих ежегодно от осложнений после прививок? Почему запрещается раскрывать истинные факты? И почему родителям нельзя доверить самостоятельно взвесить факты?

Медико-промышленный комплекс хорошо подготовлен почти к любым неблагоприятным событиям, способным произойти. Например, вскоре после того, как шоу «NOW» телекомпании «Эн-Би-Си» передало рассказ об опасной вакцине DPT, производитель DPT послал телеграммы специалистам здравоохранения по всей стране с уверениями в безопасности вакцины [287]. После того, как шоу показали вторично, Центр контроля заболеваний организовал пропагандистскую кампанию, быстро разослав врачам и другим обеспокоенным людям по всей стране факсы с искаженной информацией в пользу прививок. В этих факсах Центр контроля заболеваний имел наглость заявить, что «почти все младенцы с любой болезнью, включая смерть, были привиты ранее в своей жизни… [и] почти все младенцы с любой болезнью, включая смерть, пили молоко раньше в своей жизни» [288], предполагая, что получения прививок так же благодатно, как питье молока.

27. Юридическая неприкосновенность
Когда Управление контроля пищевых продуктов и лекарств проверило партию вакцины DPT, было обнаружено, что вся партия оказалась на 200% сильнее, чем допускалось по нормам. Вместо того, чтобы немедленно уничтожить ее, агентство позволило руководству здравоохранения «протестировать» ее на сотнях детей в Мичигане. Это оказалось трагической авантюрой. Позднее, когда родители детей, которые были парализованы и получили повреждения мозга от принудительных прививок, пытались судиться с государством, суды отказывали им, так как «доктрина неприкосновенности верховной власти» защищает правительство от исков, возникающих от услуг, которые может обеспечить только государство [289].

13-летняя девочка из Пенсильвании получила необратимое повреждение мозга от коревой вакцины, полученной во время программы обязательной массовой вакцинации в своей школе. Однако решение суда показало, что ни производитель вакцины, ни правительство не могут быть признаны ответственными, так как вакцины «неизбежно небезопасны» [перевод: родителей заставляют играть в уникальную разновидность русской рулетки, придуманную медицинским истеблишментом]. Суд также заявил, что производитель вакцины адекватно определил риск на вкладыше в упаковке [290]. Следовательно, эти родители считались единственными ответственными за уход за своей дочерью, теперь умственно отсталой, даже хотя они, как и большинство родителей, не были предупреждены об опасности вакцины, им не говорилось об этих вкладышах, и они не давали согласия на вакцинацию своей дочери [291]!

Фармацевтические компании имеют юридический иммунитет против большинства исков по увечьям от вакцин, и их стимул производить более безопасные вакцины был уничтожен, когда в 1986 году был принят Национальный акт об увечьях, нанесенных детскими прививками. Этот закон устанавливает, что «никакой производитель вакцины не несет гражданской ответственности за ущерб от связанной с прививкой болезни или смерти». Невероятно, но первоначальный проект также утверждал: «Термин ‘связанная с прививкой болезнь или смерть’ означает болезнь, повреждение, состояние или смерть, связанную с одной или более прививками, перечисленными в таблице осложнений от прививок, за тем исключением, что термин не включает болезнь, повреждение, состояние или смерть, связанную с примесью или загрязняющим веществом, намеренно добавленным в вакцину» [292].

28. Угрозы прекратить бизнес
До того, как в 1986 г. был принят Национальный акт об увечьях, нанесенных детскими прививками, на производителей вакцин подавали в суд так часто и на такие деньги, что многие угрожали прекратить бизнес, и делали это [293]. Когда правительство начало принимать на себя ответственность за увечья и смерти от прививок, фармацевтические компании добились исчезновения важного стимула производить безопасные и эффективные вакцины.

29. Создание препятствий
Занимающиеся вакцинацией должностные лица используют тактику создания препятствий всякий раз, когда они хотят задержать принятие ответственности или избежать ее. Например, когда одна мать, чей сын умер через четыре дня после второй прививки от полиомиелита, изучала предварительный протокол вскрытия, она заметила, что основным в нем было обнаружение миокардита и гепатита, и что из этих больных органов был выделен полиовирус — это могло быть связано с реакцией на вакцину. Но когда она поставила под вопрос первоначальное заключение патологоанатома (синдром внезапной детской смерти) и потребовала дополнительных анализов для определения того, был ли полиовирус дикой или вакцинной разновидности, то ее втянули в девятилетнюю баталию с Центром контроля заболеваний, чтобы достичь результата (медицинские власти в итоге были вынуждены признать правду: вакцина вызвала у ребенка полиомиелит) [294].

Когда ребенок гибнет от обязательной прививки, ожидается, что правительство выплатит родителям компенсацию в размере до 250 000 долларов. Однако, если ребенок получает серьезное осложнение от вакцины, остается в живых и требует пожизненного ухода, то могут быть выплачены несколько миллионов долларов. Правительственные чиновники могут не желать быстрого урегулирования вопроса, надеясь, что пострадавший ребенок умрет и тем самым плата будет уменьшена. Это именно то, о чем миллионы людей узнали из «Крузэйдерс», тележурнала новостей, выпустившего дерзкое шоу об опасной коклюшной вакцине. Отец маленького мальчика, который получил серьезное и необратимое повреждение мозга всего через несколько часов после прививки DPT, не смог добиться от руководства урегулирования вопроса. Семья нуждается в деньгах для оплаты специализированного ухода за ребенком, но «если с ним что-нибудь случится и он не будет жив, то они не будут платить за пожизненный уход за ним» [295].

30. Секретность
Если бы вакцины несли только выгоды, то правительству не нужно было бы делать их обязательными, и уловки, описанные в этой главе, не были бы необходимы. Напротив, родители выстроились бы в очередь на прививки. Члены медицинского братства понимают это, и они объединились между собой для сокрытия того, как производятся вакцины, на ком они испытываются, насколько они эффективны в действительности, и какова на самом деле статистика побочных явлений. Даже цена производителя при сбыте вакцин считается «коммерческой тайной или конфиденциальной информацией» [296].

Врачи, осмелившиеся публично усомниться в прививках, «предупреждены, что их карьеры ставятся на карту и что они рискуют [потерять лицензии на занятие медициной]» [297]. Других компрометируют [298].

После того, как ребенок в одной семье пострадал от прививки DPT, родители получили, используя Акт о свободе информации, сообщения о более чем 34 000 побочных реакций на вакцины за более чем трехлетний период. Они предполагали, что их сын получил плохую вакцину — из «горячей серии» — и хотели проверить, могут ли они защитить других детей от нанесения вреда.

После проделанной большой работы они выяснили, что их сын был привит вакциной из «горячей серии». Смертность, связанная с этой партией, была втрое выше, чем у других серий. От нее умерли десять детей. Но когда родители обратились к чиновникам из Управления контроля пищевых продуктов и лекарств, чтобы определить, будет ли агентство проводить расследование, им было сказано, что «по причине размера серии смертельные случаи не являются основанием для значительного расследования». Когда же они поинтересовались размером серии, Управление прямо заявило: «Это конфиденциальная информация» [299].

Повсеместно родители хотели бы знать, скольких смертей было бы достаточно, чтобы найти основания для расследования. Если десяти недостаточно, то достаточно ли двадцати? Тридцати? Сорока? Какого числа достаточно? Какая промышленность имеет разрешение действовать в тайне и выдавать обществу продукцию без ответственности? Обеспокоенные граждане не могут даже выяснить у руководства, каков механизм инициации отзыва, если, конечно, он вообще существует [300].

Компенсации от фармацевтической компании за вред от вакцин обычно устанавливаются вне суда. Родителей, желающие получить компенсацию за ребенка, пострадавшего или погибшего от вакцины, часто обязывают хранить молчание — это является условием соглашения. Родителям, требующим компенсации от Федеральной программы компенсаций увечий от прививок, также часто советуют воздерживаться от обсуждения своих случаев и соглашений [301]. Чтобы узнать, как трудно пробить завесу секретности, попробуйте получить специфическую информацию по вакцинам от Центра контроля заболеваний или Управления контроля пищевых продуктов и лекарств. Они с радостью вышлют вам свою официальную пропаганду, но быстро окажутся осторожными и сдержанными, когда вы начнете зондировать дополнительную информацию. Эти государственные организации, поддерживаемые долларами налогоплательщиков, владеют всеми видами информации. Однако они вряд ли поделятся ею с обычными гражданами, поскольку тогда мы бы стали способны принимать наши собственные рациональные, информированные решения относительно прививок. Но американский народ имеет право знать ответы на вопросы до того, как подвергать своих детей «обязательным» прививкам.

Мы могли бы встать на колени на разбитом стекле и дать Американской медицинской ассоциации все, чего она хочет, и все равно они будут против. Они намерены толкать нас как можно дальше, а затем просто выжать нас

Federal Healthcare Task Force Member, Time (September 20, 1993), p. 61.

Каждый врач скорее позволит коллеге умертвить всех местных жителей, чем нарушит узы профессионального этикета, выдав его

Джордж Бернард Шоу.

Оригинал статьи с библиографическим списком источников приведен в этом PDF-файле
Автор: Нил Миллер (Neil Z. Miller)
Источник перевода: https://1796web.com/vaccines/opinions/ploys.htm
https://medalternativa.info/entry/hitrosti-vaktsinatsii/


Ну и последние 10 приемов или уловок вакцинаторов, используемых ими для обеспечения безнаказанного ведения своего бизнеса на здоровье населения, уловок, которые многим облагодетельствованным неизвестны, а потому и действенны, заставляя людей принимать решения о вакцинации, идущие зачастую вразрез с их интересами в нарушение принципа информированного согласия.

21. Неэтичное экспериментирование
22. Обязательность
23. Отказ сообщать о реакциях
24. Сокрытие информации / запрещение обнародования противоречивых свидетельств
25. Психологическая проекция
26. Организованная пропаганда
27. Юридическая неприкосновенность
28. Угрозы прекратить бизнес
29. Создание препятствий
30. Секретность

P.S.
Фильм: "Правда о прививках" (Г. Червонская и Г. Царева) (1 час 44 мин)

Г.П. Червонская о вакцинации (12 мин)

Вирусолог Галина Червонская с 45 - летним стажем о прививках.(3 мин)


* ВНИМАНИЕ! ДАННЫЙ МАТЕРИАЛ НЕ ЯВЛЯЕТСЯ АГИТАЦИЕЙ ЗА ИЛИ ПРОТИВ ЛЮБЫХ ВАКЦИН, БУДУЧИ ЧИСТО ОЗНАКОМИТЕЛЬНЫМ И ПРЕДНАЗНАЧЕН ДЛЯ ОБЛЕГЧЕНИЯ ПОЛУЧЕНИЯ ИНФОРМИРОВАННОГО СОГЛАСИЯ
Tags: вакцинация, медицина
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 207 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Bestleonardovich683

March 16 2021, 08:50:34 UTC 3 weeks ago Edited:  March 16 2021, 08:52:26 UTC

  • New comment

Внутри вакцины AstraZeneca нашли "бомбу"
Тайну осложнений ученые связывают с клетками эмбрионов
В мире продолжается скандал с использованием британской вакцины «АстраЗенека», которая, возможно, стала причиной смерти и поствакцинальных осложнений у нескольких десятков людей, сделавших прививку. Причина форс-мажора, как предполагают, может крыться в особенностях партии ABV 5300 и ABV 2856. Что-то не так с вакциной?
За последние дни подобные инциденты зафиксированы в Дании, Норвегии, Италии, Исландии, Кипре, Австрии, Литве, Люксембурге и Латвии.
На всякий случай десяток стран Евросоюза временно приостановили использование этой прививки против коронавируса. Хотя данный подход сторонники вакцинации уже назвали «сверхосторожным». «Баланс риска и пользы по-прежнему в пользу вакцины», — прокомментировал ситуацию Стивен Эванс, профессор фармакоэпидемиологии Лондонской школы гигиены и тропической медицины.
Так что же могло произойти с «АстраЗенека» и почему ВОЗ, несмотря на отсутствие результатов расследования, категорически отрицает наличие связи между вакцинированием препаратом и образованием тромбов у пациентов, что и могло привести к столь печальным исходам?
В ответ эксперты резонно напоминают, что если сам SARS-CoV-2 вызывает тромбы, то у определенной категории лиц векторная вакцина также может вызвать тромбы и тромбоэмболию. И поэтому необходимо дополнить инструкцию и ограничить круг лиц, кому этот препарат может быть рекомендован.
Тем не менее производители продолжают утверждать, что осложнение или смерть «после прививки» — не значит «вследствие» ее применения.
Хотя вопрос еще более интересный.
Оказывается, для того чтобы получить аденовирус для векторной вакцины, которой является «АстраЗенека», нужно заразить этим самым аденовирусом клетки живого человеческого организма.
В случае с «АстраЗенека» аденовирус был взят у шимпанзе. Но вот на какой клеточной культуре он потом реплицировался?
Это далеко не новая технология.
Рассказывают, что при использовании подобных методов создания препаратов кое-где берут, например, клеточные культуры заключенных...
Или чаще всего онкологических больных. Их клетки вообще идеальны.
Потому что именно они могут бесконтрольно размножаться.
Так, самая известная клеточная линия, которую используют при разработке новых видов препаратов, ведет свое начало от скончавшейся от рака молодой женщины по имени Генриетта Лакс.
Она умерла ровно 70 лет назад.
Генриетта была чернокожей американкой. 1 февраля 1951 года женщина обратилась в госпиталь Джонса Хопкинса. Медицинский диагноз для того времени был беспощаден — рак шейки матки. Восемь месяцев спустя больной не стало. Ей был всего 31 год.
Но пока Генриетта лежала в госпитале Хопкинса, лечащий врач отправил ее опухоль на анализ.
Оказалось, что раковые клетки, обозначенные HeLa (акроним имени и фамилии Henrietta Lacks), размножались вдвое быстрее клеток из нормальных тканей. Более того, после определенного количества делений у них отключалась программа подавления роста. Это открывало небывалые перспективы в биологии.
Клетки HeLa были в прямом смысле неубиваемы.
https://www.mk.ru/social/2021/03/15/vnutri-vakciny-astrazeneca-nashli-bombu.html
"чернокожей американкой"!!!!
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Recent Posts from This Journal